Доллар США $ — 00,0000 руб.
Евро € — 00,0000 руб.
05 июля 2020 | 15:03

90 лет назад участники Второй Колымской экспедиции высадились на берегу бухты Нагаева

История золотых первопроходцев

histori 020720201 2…Важнейшей целью работы была проверка полосы золотоносности, проходящей через верховья реки Колымы / Фото с сайта kolymastory.ru


«МП» продолжает рассказ, посвященный геологам Второй Колымской экспедиции, в июне 1930-го прибывшей исследовать Территорию. Напомним, тем летом ее участники на берегу бухты развернули поисковые и разведочные работы, чтобы подтвердить прогноз Билибина о золотоносности региона.

Ранее по темеСчастье Цареградского - Землю изучать

Через всю страну с реактивами и… сухофруктами

Вот какие воспоминания о последних сборах, прощании перед долгой дорогой оставил в книге «По экрану памяти» руководитель экспедиции Валентин Цареградский:

- Из города на Неве после шумной посадочной суеты, взволнованных прощаний и поцелуев в вагоне мы отправилась во Владивосток, откуда нам предстояло добираться пароходом в Магадан. Пять геолого-поисковых партий, одна астрофизическая. Их возглавили выпускники Ленинградского горного института. Я понимал важность результатов экспедиции: стране нужно золото. Правительство выделило огромные суммы: на содержание почти сотни человек, на дорогостоящий проезд каждого, покупку лошадей, провоз их по железной дороге, на зафрахтованном в Японии пароходе, оборудование и тому подобное. Эти мысли беспокоили на протяжении пути и побуждали к действию. Хотелось успеть захватить больше теплых дней для исследования, поисков и строительства базы, ведь северное лето коротко!

Эрнеста Бертина отправили для закупки продовольствия, оформления старателей с Алдана и Зеи. Четверых человек во главе с грамотным рабочим Мельниковым - в Омск и Томск для закупки 60 лошадей, фуража. Тем временем на Украине Евгений Игнатьев добывал для профилактики цинги сушеные овощи и фрукты.

Как Билибина в шахматы обыграли

- Меня беспокоили кадры основных специалистов, - пишет в воспоминаниях Цареградский. - Наберем ли, ведь многие устроились на летние поездки? Хорошо, что сразу дал согласие Дмитрий Вознесенский, его назначил начальником партии. Дал согласие Сергей Новиков, с ним познакомились во Владивостоке при возвращении еще из Первой экспедиции. Его манеру держаться, стремление попасть в экспедицию оценили тогда я и Билибин. Суждения молодого человека были логичными, уверенными, чувствовалась начитанность, убежденность взглядов. Он несколько раз сыграл в шахматы с Билибиным, причем обыграл его! Хотя Билибин никому не проигрывал. Тогда Юрий Александрович произнес удивившие меня слова:

- Его стоит взять в экспедицию. Он станет хорошим геологом и разведчиком: уверенно играет в шахматы.

Позднее я осознал здравый смысл сказанного. Даниила Каузова привел и рекомендовал Дмитрий Казанли. Затем пожаловал Иван Едовин, имевший опыт разведки месторождений Урала. Именно такой геолог, как он, был нужен на Среднеканскую рудную дайку.

Он попросил меня оформить в партию чертежником и коллектором-документатором свою жену Марию. Потом приняли взрывника Николая Клокова, согласилась и Фаина Рабинович, хотя я сомневался, сможет ли хрупкая женщина выдерживать ежедневно маршруты по 25 - 30 км. Она предложила принять в экспедицию коллектора Юрия Дзевановского и закрепить его за ее партией. Так пополнялся состав.

А затем началось паломничество! Обратилась химик-аналитик, она не имела рекомендаций, но очень просила взять ее на работу. Представилась Антониной Путнинг. Бесхитростно рассказала, что закончила ЛГУ, внимательно выслушала все об условиях работы и быта в экспедиции, о возможных трудностях. Со знанием дела задала вопросы, получив ответы, без колебания повторила просьбу и без бравады заверила:

- Уверена, я справлюсь. Трудности не пугают. Надеюсь, перенесу их не хуже других.

И мы включили ее в экспедицию. По просьбе Дмитрия Вознесенского, ему предстояло осваивать методы поисков россыпей, приняли рабочего Леонида Петренко, он быстро завоевал симпатии сотрудников экспедиции, а позднее бывалых таежников. Потом оформили Анатолия Морозова. Для нас отобрали наиболее опытных старателей с Алдана и Зеи. Итак, специалисты геолого-поисковых, рудноразведочной и гео­дезической партий нацелились выполнить намеченный объем картирования, горных выработок и шурфовки.

Магадан встретил туманом и снежком

histori 020720201 1

Геологи Второй Колымской экспедиции в тайге на привале, 1930 г. / Фото из архива Магаданского областного краеведческого музея


- После девяти дней в пути прибыли во Владивосток. Там нас встретила группа артельщиков с Алдана и Зеи. В гостинице «Версаль» всем приготовили номера. Устроившись, разработали план дальнейших действий. Дел оказалось достаточно, чтобы быть занятыми до 7 июня, когда отбывали на пароходе «Нанси Моллер» в бухту Нагаева. А уже 19-го числа Колыма встречала нас туманом, а вскоре пошел и снежок.

…Важнейшей целью работы была проверка полосы золотоносности, проходящей через верховья реки Колымы. В соответствии с этой задачей были распределены поисковые партии. Тасканская рекогносцировочная направлялась на северо-запад от Утиной, по простиранию золотоносности, для обследования междуречья Дебина и Таскана. Аналогично - Гербинская, она направлялась к юго-востоку от Среднекана. Между Утиной и Среднеканом располагались Колымская - для обследования притоков Колымы между Утиной и Среднеканом - и Оротуканская - для обследования реки Оротукан к югу от Утиной и Среднекана. И еще одна партия направлялась на реку Бохапчу выше порогов.

Все геологи и прорабы-поисковики были ознакомлены с планами и приступили к распределению партий. Себе я наметил исследование нижней половины долины реки Оротукан из тех соображений, что мой участок должен располагаться ближе к месту основной базы экспедиции, в устьевой части Оротукана, куда можно добраться быстрее и организовать строительство. Затем изучал верхнюю половину бассейна Оротукана. Эта территория схожа со Среднеканской. Вполне возможно, что в долинах самого Оротукана и его притоков будут обнаружены россыпи. Как только успел я закончить изучение района по всем характеристикам, Новиков попросил закрепить эту территорию за ним. Мои наблюдения позволяли надеяться, что он выполнит исследование скрупулезнее, чем кто-либо другой, поэтому я согласился.

Третий район - левобережье Колымы против устья Оротукана - выбрал Вознесенский. Его кандидатуру я также считал удачной, так как он имел опыт картирования. А бассейн Оротукана и левые притоки Колымы вселяли тогда наибольшую надежду обнаружить промышленные россыпи. Четвертым и пятым соседними друг с другом районами для исследования намечалось правобережье реки Малтан ниже устья Хелгы. Они были закреплены за Фаиной Рабинович и Даниилом Каузовым.

Морозову остались на выбор или правобережье Бохапчи, начиная от устья Малтана, или бассейн Ямы на восточном побережье Охотского моря. Он избрал последний вариант. Едовин получил назначение в Среднеканскую рудноразведочную партию, Казанли - в астрономо-геодезическую.

Олень и лошадь - вездеходы 1930-го

- Сначала все необходимое для исследований получили партии, отправлявшиеся в отдаленные районы: Верхне-Оротуканская, Левобережная и Среднеканская. Каждой партии хотелось быстрее получить продовольствие и снаряжение, упаковать и приготовиться к отъезду. Всех охватило нетерпение исследовать территорию. Для этого необходимо было привести хотя бы в небольшом объеме расчистку, разведку участка поверхностными горными выработками-закопушками, канавами, а россыпи - систематическим опробованием речных долин. Мы должны были продумать, а иногда и спроектировать способы и объемы поисково-разведочных работ, чтобы определить промышленную ценность обнаруженных месторождений. Поэтому вполне можно было понять нетерпение руководителей партий. Так, Даниил Каузов и Фаина Рабинович, не соблюдая очередности, рвались получить снаряжение, что объяснимо - им не хотелось отстать от других партий: вместе не так страшно сбиться с пути в неизвестной местности да и веселее идти.

Спустя недели полторы начались отъезды. Первой выехала Левобережная во главе с Вознесенским и Бертиным. Их повел к месту сплава на Малтан якут Макар Медов, бывший проводник Первой Колымской экспедиции. От бухты Нагаева до верховьев реки Олы по моей просьбе он провел их без захода в Олу, так покороче. Следом за Вознесенским выехали партии Новикова, Каузова и Рабинович. Позже Едовина. Последней уезжала Прибрежная партия Морозова.

После отъезда партий в бухте Нагаева остался небольшой отряд хозяйственников и рабочих. Из-за трудности передвижения на вьючных лошадях вынуждены были также задержаться до установления зимнего пути Антонина Путнинг с химической лабораторией и подрывник Николай Клоков с грузом взрывчатки. Они из Среднеканской партии. Небольшую часть ВВ захватил начальник Среднеканской партии Иван Едовин, поскольку он мог самостоятельно производить взрывные работы.

Главной задачей всех оставшихся в бухте Нагаева была подготовка грузов для отправки на оленьих нартах зимним путем в устье Оротукана и на Среднекан. Следовало рассортировать все грузы, соблюдая очередность их отправки, надежно упаковать. Ведь все было рассчитано до минимума, и малейшую потерю восполнить потом было бы просто невозможно.

Необходимо было также продолжить заключение договоров с местным населением о зимней перевозке грузов на оленях. С этой целью несколько раз я и Степан Дураков выезжали в Олу, Гадлю, Сопкачан, на летние стойбища оленеводов, а на хозяйстве остался завхоз Горанский, щепетильно относившийся к обязанностям.

Казалось, многое предусмотрели, о наиболее трудных участках пути все обговорили, но тревога не покидала. Старался успокаивать себя тем, что сотрудники - молодые здоровые и крепкие. К тому же в каждой партии один-два бывалых таежника с опытом. С некоторыми я был знаком по Первой экспедиции. Они многое знали и умели - гораздо больше, чем в свое время знали и умели мы - новички тайги.

Подготовила Марина ПРАСКОВА, продолжение следует

Поделиться новостью:

Читайте наши новости в WhatsApp И Telegramm


Читайте также