Доллар США $ — 00,0000 руб.
Евро € — 00,0000 руб.
07 ноября 2019 | 08:50

Основатели

Ровно 90 лет назад в Нагаевской бухте была открыта Восточно-Эвенская культбаза

kultbasa

Восточно-Эвенская культбаза, бухта Нагаева / Фото из архива Магаданского краеведческого музея


7 ноября 1929 года, в Нагаевской бухте состоялось торжественное открытие Восточно-Эвенской культбазы. От этого события теперь ведут отсчет основания Магадана

Открытие Нагаевской культбазы было приурочено к 12-й годовщине Октябрьской революции. А первые строители прибыли сюда на пароходе «Генри Ривиер» на несколько месяцев раньше, в июне, и выбрали место для возведения культбазы, о чем составили специальный акт, который сейчас хранится в фондах Магаданского областного краеведческого музея. В этом номере «МП» расскажет о людях, благодаря которым на берегу бухты Нагаева появилось первое большое постоянное поселение. Тогда пионеры и не представляли, что на месте основанной ими небольшой культбазы вскоре вырастет целый город.

Кто и зачем придумал культбазы?

luks

Карл Лукс (крайний слева) среди политкаторжан в Забайкалье / Фото из архива Магаданского краеведческого музея


Карл Янович Лукс, чьим именем названа одна из улиц Магадана, не был в числе пассажиров, которые прибыли на пароходе «Генри Ривиер» в бухту Нагаева, однако к созданию культбазы имеет самое непосредственное отношение.

Уроженец Курляндской губернии (ныне - Латвия) совсем молодым человеком примкнул к революционному движению (1906 - 1907 годы) и за это провел в тюрьмах в общей сложности более 10 лет, а затем был сослан в Сибирь. Показательно, что большая крестьянская семья Лукса была настолько бедной, что поначалу его собственный отец хотел продать «лишнего» новорожденного бездетной состоятельной паре, но сделка не состоялась - мать маленького Карла наотрез отказалась отдать ребенка.

В тюрьмах, общаясь с узниками из числа разных народов России, Лукс заинтересовался национальными языками, а в сибирской ссылке этот интерес только укрепился, так в дальнейшем революционер посвятил свою жизнь помощи коренным народам Сибири и Дальнего Востока и улучшению условий их жизни.

В 1921 году Лукс стал министром по национальным делам Дальневосточной республики, а после упразднения ДВР назначен председателем Комитета содействия народностям северных окраин СССР. Именно Карл Лукс предложил организовать на Дальнем Востоке сеть культбаз в качестве центров культурного просвещения народов Севера, для лечения больных и хозяйственной помощи.

Восточно-Эвенская (Нагаевская) культбаза была создана под его непосредственным руководством, и бухту Нагаева для нее выбрал тоже Карл Янович. Он также был инициатором письменности и печатания книг на языках коренных малочисленных народов Севера и работал над национально-территориальным размежеванием востока России. По обозначенным именно им границам в 1930 году были образованы Чукотский, Корякский, Охотский (Эвенский) национальные округа.

Карл Лукс трагически погиб в 1932-м во время экспедиции по чаунской тундре и был похоронен в бухте Амбарчик недалеко от устья Колымы. По официальной версии, принятой в советское время, причиной смерти стал несчастный случай - якобы Лукс нечаянно выстрелил в себя из ружья. Но как вспоминает заместитель заведующего Нагаевской культбазой Николай Тупицын, на самом деле Лукс получил огнестрельное ранение в конфликте с местными. В экспедиции Карл Янович определял границы будущих совхозов и колхозов, что и вызвало недовольство местных жителей.

Именем К. Я. Лукса в 1974 году названа улица в г. Магадане.

Первый заведующий

bolniza kultbaza

Больница на культбазе / Фото из архива Магаданского краеведческого музея


В старых очерках об основании Магадана об Иване Андреевиче Яхонтове достаточно скупо говорится, что он воевал в отряде красного командира Якова Тряпицына.

- Заведующий культбазой Иван Яхонтов был участником Гражданской войны на Дальнем Востоке, начальником связи партизанской армии Тряпицына, потом - работником Дальневосточного Комитета Севера. По специальности он телеграфист и выглядел лет на 38 - 40. В дальнейшем работал в Корякской культбазе, - вспоминает о нем Николай Тупицын.

На самом деле биография Яхонтова могла стать основой полноценного приключенческого романа, правда, самого Ивана Андреевича вряд ли можно было бы назвать положительным героем. Его могли расстрелять дважды - один раз белые, а другой раз  красные. Но, не обладая особо выдающимися качествами, кроме смелости и отсутствия жалости к врагам, Яхонтов был невероятно везучим человеком.

Иван Яхонтов родился в Томске в рабочей семье, с 1906 года стал участвовать в забастовках рабочих, уехал от возможного ареста на Дальний Восток, а после революции вступил добровольцем в Красную армию. Участвовал в боях с колчаковцами, попал в плен к белым, его должны были расстрелять, но отпустили на поруки.

Иван Яхонтов был активным участником одного из самых кровавых и бессмысленных по своей жестокости эпизодов Гражданской войны на Дальнем Востоке - уничтожения Николаевска-на-Амуре. Красный отряд под командованием Якова Тряпицына полностью разрушил этот город. Пострадало много мирных жителей, которых подозревали во враждебном отношении к советской власти.

По показаниям свидетелей инцидента, только за три дня погибло 3 тысячи жителей города, сам Николаевск сожжен дотла, а каменные здания взорваны. За это «самоуправство» большевики отдали Якова Тряпицына и некоторых его сподвижников под трибунал и расстреляли.

Яхонтову же опять от расправы удалось отвертеться. Хотя решение общего собрания служащих почты, телеграфа, телефона и радио в п. Керби (ныне поселок им. Полины Осипенко, райцентр (в Хабаровском крае) 6 июля 1920 года вынесло резолюцию предать Яхонтова народному суду за необоснованные убийства мирных жителей.

«Дубицким и Яхонтовым отведен под расстрел сторож Тетюцкий, и с их содействия погиб Трухин исключительно из-за стремления к гнусным связям с их женами. Вообще они работали как уголовные преступники и враги трудового народа, а посему постановили: передать настоящую выписку в следственную комиссию и просить их передать Народному суду вместе с делом Штаба Тряпицына и судить их как врагов трудового народа. Все необходимые сведения могут быть доставлены Народному суду по требованию», - говорится в решении схода.

Однако Яхонтову каким-то образом удалось оправдаться, избежать правосудия, и через девять лет он прибыл на берег Нагаевской бухты во главе партии строителей Восточно-Эвенской культбазы.

Забытый Николай Тупицын

tupiznНиколай Тупицын / Фото из архива Магаданского краеведческого музея


Заместитель заведующего Нагаевской культбазой Николай Тупицын очень часто брал на себя обязанности руководителя, так как заведующий Иван Яхонтов страдал алкогольной зависимостью и нередко пускал дела на самотек.

Николай Тупицын родился в многодетной семье в 1903 году. Происходил из старинного рода уральских староверов. Его дед со стороны отца Евграф Кузьмич Тупицын с малых лет интересовался химией. Нашел способ добычи фосфора из костей. И из мальчика - подсобного рабочего при аптеке - сделался миллионером, но очень рано умер от туберкулеза. Отца  Владимира Евграфовича, тоже химика, сгубил тот же недуг. Мать Тупицына после смерти мужа собрала детей и переехала к родственникам в Иркутск - на Урале был разгар Гражданской войны.

В 1921 году Николай Владимирович поступил в Иркутский университет на факультет общественных наук. В 1925-м окончил его по специальности «экономист-востоковед». Выучил китайский, немецкий, английский, японский и монгольский языки. Работал в Амурском пароходстве в Благовещенске и во Внешторге в Хабаровске. Потом Тупицына призвали в армию, где он сдал экзамен на замкомвзвода, демобилизовался и пошел в Комитет Севера, откуда и был откомандирован в Восточно-Эвенскую культбазу.

Как вспоминает сам Николай Тупицын, ему очень хотелось заниматься этнографией - изучать культуру и прошлое эвенов и коряков, но вместо этого пришлось решать административные и хозяйственные вопросы. После скорого закрытия Нагаевской культбазы Николай Тупицын работал в нескольких геологоразведочных экспедициях, а в Магадан приезжал только по окончании геологического сезона. Последний раз он побывал в нашем городе в 1943 году. Воспоминания Николая Тупицына являются ценным источником по самому раннему периоду истории Магадана. Он был лично знаком с Билибиным, Цареградским, Берзиным и многими другими историческими фигурами.

Игорь КРИВИЦКИЙ.

Знаете ли вы


Кто жил в Магадане до основания Восточно-Эвенской культбазы?

Всесоюзная перепись населения 1926 года сообщает, что в долине реки Могодан (так тогда писали название современной Магаданки) было пять домохозяйств - одно у устья и четыре в десяти километрах выше по течению. В первом жило двое мужчин и две женщины, в четырех оставшихся девять мужчин и шесть женщин. Таким образом, на месте будущего Магадана от нынешней Новой Веселой до Пионерного обитало всего 20 человек.

По воспоминаниям Николая Тупицына, это были эвены Громовы - достаточно многочисленная тунгусская фамилия, в числе представителей которых были и богатые оленеводы. Громовы относились к эвенскому Годниканскому (иначе Готниканскому) роду, который известен еще с XVII века. Перед приходом русских землепроходцев эта тунгусская общность занимала земли в районе административной границы Магаданской области, Хабаровского края и Якутии.

Позднее они двинулись на восток и юго-восток. В списках прихожан XIX века Ольской и Тауйской церквей Громовы - одна из часто встречающихся фамилий. Иногда пишут о том, что магаданские эвены жили в юртах, но Николай Тупицын однозначно утверждал, что их домами были рубленые избы, то есть не временные, а постоянные постройки. Тупицын также упоминает о том, что на территории культбазы были две старые безымянные могилы, кто в них похоронен, уже тогда никто не знал. Это могли быть и местные жители, и моряки с заходящих в бухту Волок (Нагаева) морских судов. Так что люди жили в Магадане и раньше, но, разу­меется, их было очень мало, и что-то похожее на организованный населенный пункт на берегу бухты Нагаева возникло только в 1929 году.

Поделиться новостью:

Читайте наши новости в WhatsApp И Telegramm


Читайте также