Доллар США $ — 00,0000 руб.
Евро € — 00,0000 руб.
12 июня 2021 | 16:29

Четверть века назад в Магадане открыли мемориал «Маска Скорби»

Соавтор проекта архитектор Камиль Козаев рассказал «МП», как создавался монумент

A86I7235

Фото: Сергей СТАРОСТИН, «МП»

Четверть века назад на открытии мемориала тысячи людей произнесли фразу о том, что времена репрессий никогда не вернутся. И сегодня невозможно представить Магадан без «Маски Скорби», грандиозного изваяния, на каменном лице которого навечно застыли слезы.

По словам автора монумента выдающегося скульптора с мировым именем Эрнста Неизвестного, в произведении, оплакивающем жертв репрессий, осталась частичка его души. Точно так же в «Маску Скорби» вложили частицы своих душ все люди, однажды побывавшие на сопке Крутой, проникнувшиеся энергетикой и идеей монумента.

11 БЕТОННЫХ МОНОЛИТОВ...

WhatsApp Image 2021 06 12 at 16.18.35

Открытие монумента «Маска Скорби», 1996 год / Фото: Расул МЕСЯГУТОВ, архив «МП»

Вспоминается 12 июня 1996  года в Магадане. Под плачущим небом на сопке Крутой было непривычно людно. Присутствовали официальные лица и бывшие репрессированные, министры и рабочие, молодые люди, российские и зарубежные журналисты.

Здесь в годы репрессий находилась «Транзитка» – перевалочный пункт, откуда этапы заключенных отправляли по разным колымским лагерям, названия которых высечены на валунах сопки: «Мальдяк», «Бутугычаг», «Хениканджа», «Джелгала», «Эльген», «Днепровский», «Серпантинка», «Северный», «Маглаг», «Каньон», «Кинжал». Вдоль лестницы, ведущей на видовую площадку, выбиты символы вероисповеданий, советская символика – православный крест, иудейская звезда Давида, мусульманский полумесяц, а также серп и молот.

«Маска Скорби» – единственная воплощенная в реальность часть задуманного Эрнстом Неизвестным мемориала «Треугольник страданий»: Воркута – Екатеринбург – Магадан. Соавтором проекта выступил магаданский архитектор Камиль Козаев. Накануне 25-летия открытия грандиозного изваяния, позвонив ему в Москву, «МП» попросила Камиля Козаева как соавтора проекта напомнить о задумке Эрнста Неизвестного.

– Это памятник страданию души. В комплексе главенствует гигантское лицо со стекающими по нему слезами, – пояснил архитектор. – Правый глаз как окно с решеткой. Узкая лестница ведет внутрь лица, в маленькое помещение, где воссоздана обстановка камеры-одиночки. Далее выход на обратную сторону монумента, где находятся распятие и скульптура скорбящей девушки, выполненные из бронзы.

ДЕБАТЫ

rfvbkmrjpftdfhbdvg

Камиль Козаев / Фото: архив «МП»

Камиль Козаев не забыл, каким долгим был путь от замысла к воплощению.

– В 1980-х на волне гласности поднялась тема ГУЛАГа, в Магадане общественность выступила за возведение мемориала памяти, – вспоминает он. – Собирали подписи, инициативная группа «Мемориал» установила контакты с Всесоюзным историко-просветительским обществом в Москве.

Камиль Козаев напомнил, как в «Магаданской правде» активно шло обсуждение проекта на специальной тематической странице. Публиковали размышления писателей, журналистов, письма бывших репрессированных, прислал, к примеру, стихи Е. Евтушенко. Пенсионер из Ягодного В.  Порошин предложил установить глыбу из песчаника, символизирующую золотые россыпи, и скульптуру заключенного с тачкой. Архитектор А. Самаров счел важным, чтобы рядом с памятником был храм. Магаданский искусствовед Л. Андреева высказала идею поставить мемориал на берегу бухты Нагаева.

ncbs.arkh.muzkult.ru ernst

Эрнст Неизвестный / Фото: ncbs.arkh.muzkult.ru

Свой проект предложил скульптор профессор Колумбийского университета (США) Эрнст Неизвестный. В 1989 году в разговоре с Мироном Этлисом он подтвердил свое намерение, и председатель горисполкома Геннадий Дорофеев пригласил Эрнста Неизвестного в Магадан.

– Здесь заключили договор о сооружении «Маски Скорби»,  – продолжил воспоминания Камиль Козаев. – Замысел у Эрнста Иосифовича возник задолго до периода «оттепели». «Маска» – до деталей продуманное монументальное сооружение, в котором все связано единством замысла. По просьбе архиепископа Магаданского «Маску» было решено перенести на сопку Крутую. Я был рад этому решению, так как понимал, это не садово-парковая скульптура, ей не место в городской суетной среде. Это место покойное, и сюда надо специально приехать и поклониться всем, кто прошел круги ада ГУЛАГа. Склон сопки имеет скупой, каменистый, лагерный ландшафт. Поверьте, лагеря в оазисах не строили. Моя задача как архитектора состояла в создании монументу среды, соответствующей его настроению. Мне кажется, это удалось и надо это сохранить.

Оборудовать внутри мемориала камеру-одиночку, как в лагерных бараках усиленного режима, предложил Эрнсту Неизвестному Камиль Козаев. Идея заключалась в том, чтобы каждый посетитель, пройдя через нее, на секунду почувствовал, каково в ней было заключенным. Было важно, чтобы в узкую дверь зашел один человек, чтобы подумал о людях, которые сидели. И потом спуск к кресту  – путь к очищению. Эрнст Неизвестный согласился. Элементы камеры с решетками, одежду, полуистлевшую обувь привезли из брошенных лагерей Колымы.

ДЕЛО ШЛО ВОПРЕКИ ТРУДНОСТЯМ

RMS 8910

Камиль Козаев, декабрь, 2013 г. / Фото: Расул МЕСЯГУТОВ, архив «МП»

Группу технического и авторского надзора за строительством возглавил директор института «Магаданоблжилбытпроект» архитектор Камиль Козаев, став своеобразным доверенным лицом Эрнста Неизвестного. В феврале 1992 года на расчищенной под фундамент площадке на сопке Крутой была забита и освящена первая свая «Маски». Горсовет через «МП» обратился к колымчанам с просьбой перечислить деньги на строительство. Обращение разослали во все республики, края и области бывшего СССР с надеждой на отклик.

И материальная поддержка шла из Москвы, Санкт-Петербурга, Новосибирска, Самары, Тамбова, от колымчан, из побратима Анкориджа, но денег не хватало. Сооружение велось за счет средств федерального бюджета, свои личные средства внес на строительство «Маски» Президент России Борис Ельцин.

Возведение монумента требовало огромных физических усилий. Строители в непогоду поднимались на площадку по сугробам, дорогу еле успевали расчищать после ночных метелей.

– Как ни странно, мы все осуществили вопреки времени, – вспоминает Камиль Тагирович. – В 1990-х работающие не получали вовремя зарплату, полки магазинов были пусты, инфляция съедала деньги. Помню, на пресс-конференции в Москве Эрнста Иосифовича спросили: «Почему в Воркуте и Екатеринбурге не построили задуманные монументы?» Скульптор ответил: «Я верю в народ, еще больше в одного сумасшедшего из народа. Так вот в Магадане я встретил и подружился с такими сумасшедшими, а в других городах таких больше нет».

Всемирно известный скульптор взял на себя расходы по созданию модели монумента, пересылке ее в Магадан, отправке креста на Мытищинский завод художественного литья. Переживший репрессии инвалид войны скульптор Эрнст Неизвестный отказался от авторского гонорара за свою работу в Магадане.

Вклад Камиля Козаева в то, что мемориал состоялся, невозможно переоценить. Он выступил не только как помощник Эрнста Неизвестного, он создал среду для строительства монумента, не только руководил и выбил финансирование, что так и не смогли сделать в Екатеринбурге и Воркуте, но и сам стал соавтором «Маски Скорби», предложив идеи, без которых ее образ был бы неполным.

ЧТОБЫ ВРЕМЕНА РЕПРЕССИЙ НИКОГДА НЕ ВЕРНУЛИСЬ

DJI 0852

Фото: Сергей СТАРОСТИН, «МП»

Когда начали просматриваться первые контуры мемориала, магаданцам стало ясно: он не станет примелькавшейся деталью повседневного быта, «Маска Скорби» Неизвестного даст повод подняться над суетой, задуматься. Искусствоведы оценивают мемориал как объект, сконцентрировавший отзвуки людских страстей, подобных которому по духовной насыщенности найдется немного. В него вложены ожидания и пожертвования тысяч людей, в том числе и прошедших гулаговскую мясорубку. В «Маске Скорби»  – душа и бескорыстный труд выдающегося художника с мировым именем, безупречно добросовестная работа рядовых строителей.

…Говорят, на сопке хорошо слышны переливы колоколов, доносящиеся со звонницы Свято-Троицкого кафедрального собора. Это не случайно. Монумент и собор – единый ансамбль, напоминающий, что мы живем на земле, не только усыпанной золотом, но и пропитанной горькими слезами, кровью тысяч репрессированных. «Маска Скорби» и собор – символы покаяния перед прошлым и надежды на то, что страшные времена никогда не вернутся.

Марина ПРАСКОВА

Поделиться новостью:

Читайте наши новости в WhatsApp И Telegramm


Читайте также

О главном



Видео дня


ЧП дня


Цитата дня