16+

Газета «Магаданская правда»

Главная / Статьи / Юлия Рощина: «Приемную мать нужно готовить, как бойца спецназа!»
24.11.2017 16:54
  • 291

Категории:

Юлия Рощина: «Приемную мать нужно готовить, как бойца спецназа!»

7 дней в неделю, 24 часа в сутки: мама — это профессия, для которой нет выходных и праздников. Первых профессиональных родителей — так называемые фостерные семьи — в России выпустили лишь недавно. В Магадане же тем, кто решил дать тепло и кров оставшимся без призора биологических родственников, приходится пробираться через рифы отношений и бюрократию фактически на ощупь. Своими опытом с «МП» поделилась мать 8 детей, 5 из которых — приемные, Юлия Рощина.

Отсталая? Не поверила

… Леша начал визжать, как только переступил порог Юлиной квартиры. Еще вчера готовый на вступление в семью мальчуган за какие-то полчаса пути от детдома до нового жилища превратился в незнакомое, надрывающее истошным воплем и посиневшее от натуги существо.

- Наверное, в тот момент я абсолютно четко поняла, что меня ждет. Наш «медовый месяц», который проживают все приемные семьи, не продлился и дня, — начинает свою историю Юлия. С Лешей, его братом и сестрами познакомилась 3 года назад. На тот момент Рощина уже 7 лет работала с детдомами — фотографировала детей и размещала их истории на форумах для потенциальных родителей. Одну из первых, кому удалось помочь, в детдоме окрестили смертницей. Мать алкоголичка, дочь, несколько раз пытавшаяся задушиться, — «суицидница».

- Не поверила. Я сказала, что ребенок просто хочет привлечь внимание взрослых. Оказалась права. Сейчас девочка живет в московской семье, расстаться с жизнью больше не пытается, — вспоминает Юля.

Не поверила Рощина и когда ей сказали, что сестра Леши Регина умственно отсталая. Воспитатели опустили руки: что поделаешь, если ребенок, чуть что, начинает пускать слюни и мычит?

- А это у нее такая фишка, некоторые еще ведутся, но со мной такое больше не срабатывает! Дурочку из себя Регина строит, если заставлять ее что-то сделать — подумать, предпринять усилие. Привыкла в детдоме, что люди сразу отстают. Нет уж, дорогая, дома такое не прокатит! Потому слюни подбираются, тяжелый вздох — и ребенок берется за дело, — рассказывает Рощина.

Они отбирают маму!

Пятерых Юрловых (фамилия изменена. — Прим. авт.) Рощина пыталась пристроить в семью. Фотографировала, расспрашивала о хобби. В ответ на один из вопросов получила от старшенькой Маши: «А вам это зачем? Мы ни в какую семью, кроме вашей, не пойдем». Так все и решилось. Для Юли с мужем. Дома же их ждало сопротивление.

- Моя старшая дочь, ей на тот момент было 16, устроила забастовку под лозунгом «Эти дети забирают мою маму!». Переждали год. Успокоилась. Сейчас, по прошествии 2,5 лет, она уже живет от нас отдельно, но все равно приходит, помогает с младшими, — улыбается мать.

По словам Юли, сложнее всего им пришлось в первый год. В то время добрая часть семейного бюджета стала уходить на… бытовую химию.

- Шампуни выливали, зубную пасту размазывали по стенам, съедали все, что не прибито, а ломали вообще все подряд. Это был сущий кошмар. У детей из детдома странные, непонятные реакции на происходящее. Они никогда не скажут, если их что-то беспокоит или им страшно, когда загрустят — будут улыбаться, а еще станут до последнего испытывать ваше терпение, — делится Рощина. — И вот проходит год, думаешь, удалось чего-то достичь, радуешься… И в середине адаптации начинается регресс.

Новый год — мучение

Перебороть пришлось многое. Так, хотя все выходцы из казенных стен с ранних лет способны одеться и застегнуться на все пуговки, грязное они будут носить до тех пор, пока с них это не снимешь, а если им потребуется что-то достать, остальное, что было на полке, полетит на пол.

- Ругать бесполезно — они не понимают, что сделали что-то не так. В подкорке отложилось, что придет уборщица и все уберет. Делать это сами начинают, когда появляется чувство, что вот эта полка, комната, шкаф — мои. Тогда же перестают ломать игрушки, подарки. За первый год у нас старшая Маша разбила 13 телефонов. Принцип таков: сломай сам, если не хочешь, чтобы другие это сделали или отобрали, — продолжает мать восьмерых детей. — Потому для кого-то Новый год — радость, а для нас мучение. Подаришь — сломают или спрячут, не подаришь — кричат: «Ты меня не любишь!».

Рощина считает порочной практику, когда на праздники в детдома приезжают спонсоры с кучей дорогих подарков. Сумки и коровы — так, по ее словам, сироты называют благодетелей.

- Интерес один — «Что в сумке? Что принесли?». Они получают вместо любви материальные блага. Хочешь к мамочке? Прости, не могу помочь. На тебе конфетку! Или айфон. Ребята быстро смекают, что мир взрослых жесток, но из него что-то можно выдоить. Вот и доят. Гостевые семьи, спонсоров, — говорит женщина. — Мои до сих пор как шоколадные наркоманы. Одна конфета — и полный аут, стекленеют глаза. Это пройдет, когда доберут недополученную любовь.

Можно изъять. Как вернуть?

К слову, изначально Юля брала детей для того, чтобы со временем наладить связь с их биологической матерью. У той тоже непростая судьба — в свои 28 она родила восьмерых, трое сейчас живут с ней. Детство провела в оленеводческой бригаде, отец и мать, по ее словам, сильно пили и не гнушались рукоприкладства. Рощины помогают горе-маме избавиться от пагубных привычек, способствуют ее общению со старшими.

- К сожалению, у нас закон работает только в одну сторону — на изъятие. Вернуть же дитя и родительские права очень сложно, — поясняет Юля. — Тому, у кого были проблемы с алкоголем, даже на нормальную работу, где можно зарабатывать так, чтобы покрыть алименты, не устроиться. Не хватает и информации для приемных родителей.

По словам Юлии, ведомства или центра, где некровных родителей обучат, как вести себя с «волчатами», или помогут тем, у кого детей изъяли, вернуть их, нет.

- На «материке» стали выпускать профессиональных родителей. У хорошей мамы подготовка должна быть спецназовской. Сама я часто чувствую себя плохой матерью. Опека критикует порядок в доме. Друзья спрашивают: «Зачем тебе это?». А у меня нет конкретного ответа. Кто-то думает, что из-за денег. Поверьте, в месяц на 5 детей мы получаем порядка 100 тыс. руб. Этого с натягом хватает на еду. Тогда зачем, спросите вы? Все просто. Просто я не могу быть счастливой, когда кто-то рядом несчастен.

…Когда закончилось интервью, Юлия помчалась из редакции домой, присовокупив: «Не знаю, что меня там ожидает! Может, взрыв на макаронной фабрике!». И улыбнулась. Честно, не знаю, какие богатства должны быть в душе, чтобы взять в семью сразу 5 приемных детей. Для меня эта женщина — герой, для которой каждый день — новая битва. И на кону этих битв — шанс детей на нормальную жизнь.

Автор: Галина ЦЫГАНОВА.

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите, пожалуйста, необходимый фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам. Заранее благодарны!

Оцените, пожалуйста, этот материал по 5-балльной шкале:

Выберите один вариант

Всего проголосовало 1 человек

24.11.2017 - 24.12.2017

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

Вверх